Помним и чтим.

Генерал-полковник Агафонов Алексей Николаевич, начальник политического отдела ГШ ВС СССР 1984-1989 гг. 22 октября ему исполнилось бы 95 лет.

 

Генерал-полковник Агафонов Алексей Николаевич, начальник политического отдела ГШ ВС СССР 1984-1989 гг.

Этот рассказ повествует о видном военачальнике Советской армии генерал-полковнике Агафонове Алексее Николаевиче, который с 1984 по 1989 годы возглавлял политотдел Генштаба. Следует прежде всего сказать, что Алексей Николаевич, как и многие выдающиеся люди нашего времени, вырос непосредственно из гущи простого советского народа.

Родился Алексей Николаевич 22 октября 1921 года в крестьянской семье села Ивашевка под Сызранью. Учился в начальной школе родного села, а десятилетку закончил в г. Сызрань. Затем поступил и успешно окончил Новосибирское пехотное училище. Сразу после выпуска, как один из лучших курсантов, был направлен в Тюменское пехотное училище, где командовал сначала взводом, а потом и ротой курсантов.

В 1953 году Алексей Николаевич с отличием окончил Военно-политическую академию имени В.И. Ленина. После академии его служба проходила на ответственных должностях заместителя командира полка по политчасти, начальника политотдела ракетной дивизии, начальника политотдела – члена военного Совета ракетной армии, а так же на важнейших должностях в центральных органах Вооружённых Сил СССР. И везде, на всех этапах службы, ярко проявлялись незаурядный талант и организаторские способности Алексея Николаевича.

Взять хотя бы период, когда в Политуправлении РВСН он отвечал за состояние организационно-партийной работы. Время было непростое, шла «холодная война», международная обстановка становилась всё более напряжённой. В ответ на угрозы вероятного противника, наше государство вынуждено было с напряжением всех сил создавать ракетно-ядерный щит страны.

В формируемые ракетные части и соединения стала в массовом порядке поступать сложнейшая военная техника, стратегические ракеты, ядерные заряды к ним, новейшие образцы связи и радиоэлектронной защиты. По решению руководства страны на укомплектование РВСН были направлены наиболее образованные в военно-техническом отношении офицеры и генералы из всех видов и родов войск, из академий и научных учреждений. Надлежало их в кратчайшие сроки сплотить в воинские коллективы частей и подразделений, мобилизовать на глубокое освоение ракетной техники, подготовить к выполнению сложных задач боевого дежурства.

Огромная роль в решении этих государственных задач отводилась политотделам и парторганизациям РВСН.

Появились и новые, не свойственные ранее войскам, направления партийно-политической работы по обеспечению тесного взаимодействия с Главными конструкторами ракетной техники, разработчиками НИОКР, опытно-испытательными полигонами (Байконур, Плесецк, Капустин Яр и др.).

Помимо этого, все части РВСН, как и в нынешнее время, несли боевое дежурство, в постоянной готовности за минуты, а то и секунды провести пуск стратегических ракет с ядерными боеголовками.

Понятно, какая колоссальная нагрузка легла на плечи Алексея Николаевича. Надо было в кратчайшие сроки создать структуру парторганизаций РВСН, сформировать их качественный актив, наладить эффективную работу, обеспечив тем самым высокую боевую готовность войск. Можно без преувеличения сказать, что выполнение этих ответственных задач стало священным делом, основным содержанием жизни Алексея Николаевича.

Служа в те времена в РВСН, я видел, как Алексей Николаевич буквально дневал и ночевал на службе. Не считаясь ни со временем, ни со здоровьем, он образно говоря, жил в частях и подразделениях,  проводил много времени на учениях, в бесконечных служебных командировках в войсках.

Изо дня в день рос авторитет Алексея Николаевича среди ракетчиков. В коллективе политотдела его стали именовать «патриархом» организационно-партийной работы. Приезд его в части всегда ожидался не только с интересом, но  и с заметным напряжением. Чаще всего наши доклады и подготовленные справки подвергались им серьёзной критике. Алексей Николаевич органически не переносил пустословия и формализма, которые ещё в немалой степени просматривались в деятельности политорганов и парткомов. Он требовал конкретной, результативной работы непосредственно в дежурных сменах пусковых установок, командных пунктов и связи, при проведении командно-штабных тренировках и учений, доходить до каждого человека.

Такой подход обеспечивал неуклонный рост морального духа личного состава войск.

Яркий пример тому – события, развернувшиеся в период так называемого «Карибского кризиса», когда ракетные войска были приведены в состояние готовности к пуску ракет. Я служил тогда начальником отделения стартовой батареи. И мы были полны решимости произвести пуск стратегической ракеты с ядерным зарядом даже ценой своей жизни, понимая, что в таком случае и по нашей позиции будет нанесён ракетный удар противника.

Не было тени замешательства и у личного состава соседних батарей.

В сентябре 1985 года я получил приглашение на беседу с Алексеем Николаевичем, который в то время возглавлял Политотдел Генштаба. В ходе беседы Алексей Николаевич рассказал мне об изменениях структура политотдела, о том, что в нём созданы организационно-партийное, идеологическое и комсомольские отделения. О том, что эти изменения вызваны совершенно объективными причинами. За последние годы существенно возрос объём задач, решаемых Генштабом ВС СССР.

На первый план его деятельности, говорил Алексей Николаевич, выходят сложнейшие вопросы ракетно-ядерной обороны, радиоэлектронной борьбы, автоматизации управления войсками в мирное и военное время. Постоянно совершенствуется и организационная структура. Свои коррективы, заметил он, вносит и начавшаяся в стране «перестройка». Наряду с демократизацией, в ней просматриваются серьёзные негативные тенденции – рост национализма, снижение ответственности ряда должностных лиц за порученную работу.

В этих условиях, подчёркивал он, необходимо резко усиливать эффективность работы политотдела непосредственно в парторганизациях управлений. Главная задача здесь — ни в коем случае не допустить снижения боевой готовности войск, ответственности офицеров и генералов Генштаба. И в заключение беседы Алексей Николаевич предложил мне возглавить организационно-партийное отделение Политотдела.

Несомненно, структурные изменения сказались на деятельности Политотдела. Политотдел пополнился опытными офицерами ракетных войск, военно-научных учреждений, участниками боевых действий в локальных военных конфликтах.

Более содержательной становилась и работа в парторганизациях, что позволило лучше знать положение дел в управлениях, настроение офицеров и генералов, волнующие их проблемы. Заканчивалась работы в управлениях, как правило, итоговой беседой начальника политотдела, рекомендациями по совершенствованию деятельности парткомов и партбюро, а также ответами на вопросы офицеров и генералов, если они возникали.

Мне приходилось лично общаться с Алексеем Николаевичем. Обсуждать с ним планы работ, материалы собраний партактивов, семинаров-совещаний с секретарями парторганизаций, да и разные текущие вопросы, которые возникали постоянно.

Один из вызовов к нему оказался неожиданным. Алексей Николаевич поставил мне задачу разыскать бывшего Министра МВД СССР Щёлокова Н.А., сообщить ему о том, что он исключён из партии и забрать у него партбилет.

Следует пояснить, что после снятия с должности Щёлоков, как генерал-армии был переведён в Группу Генеральных инспекторов Министерства Обороны и  состоял на партучёте в её парторганизации. Куратором этой парторганизации в политотделе был энергичный, имеющий большой опыт работы с людьми, полковник Харламов Вениамин Иванович. Ему и было поручено заняться этой, по другому и не  назвать, неприятной акцией. Позже, докладывая о результатах, Вениамин Иванович рассказал нам, что Щёлоков, находясь в квартире, вежливо пригласил его за стол и в состоявшейся беседе сильно горевал о случившемся. Говорил о том, что он вступил в Партию в годы войны и всегда был верен ей, и что обвинения против него надуманны и политизированы.

Все подарки, заявлял он, в принятии которых его обвиняют, получены им от различных общественных организаций, чаще зарубежных, и что он готов их в любое время возвратить государству. В конце беседы он достал партбилет и с большим сожалением вручил его Вениамину Ивановичу.

Через какое-то время похожая ситуация повторилась. Алексей Николаевич поручил мне разыскать маршала авиации Константинова А.У. и довести, что с него сняты ранее наложенные партийные взыскания. Следует напомнить, что в связи с нашумевшим тогда перелётом и посадкой самолёта на Красной площади немецкого лётчика-любителя Матиаса Руста в 1987 году, маршал был снят с должности командующего Московским округом ПВО, переведён в Группу генеральных инспекторов и привлечён к партийной ответственности.

Хотя, как утверждали авиационные специалисты Генштаба, этот легкомоторный самолёт не представлял серьёзной опасности, его обнаружили и легко могли уничтожить средствами ПВО.

Удалось выяснить, что маршал, после тяжёлой операции, находится в госпитале, в отдельной палате с телефоном. На мой звонок ответила медсестра-сиделка и категорически заявила, что маршал не желает никого принимать, ни с кем разговаривать и что он вообще тяжело болен.

Я позвонил после этого генералу армии Шкадову И.Н. который был в то время секретарём парторганизации группы Генеральных инспекторов, рассказал о ситуации. Генерал армии заверил меня, что решение парткомиссии будет обязательно им доведено до маршала Константинова А.У., о чём он тоже проинформирует начальника политотдела.

Эти приведённые мной факты отрицательно сказались на настроении Алексея Николаевича. Чуствовалась какая-то скрытая озабоченность, и даже тревога в его поведении, во взаимоотношениях. Только позднее стало ясно, что Алексей Николаевич глубже всех нас понимал губительность курса главных «перестройщиков» страны на дискредитацию командного состава армии, вред от этого обороноспособности страны. К тому же и в средствах массовой информации всё чаще искажались исторические события, в неприглядном свете показывались офицеры и генералы. Всеми силами и имеющимися средствами Алексей Николаевич боролся с такими проявлениями. Энергичная работа в парторганизациях, с офицерами и генералами Генштаба, с личным составом политотдела до краёв заполнила его служебную деятельность и конечно, всё это не могло не отразиться на состоянии здоровья. Вскоре, в 1989 году Алексея Николаевича не стало. К сожалению, такова жизнь, слишком часто первыми из неё уходят хорошие люди. Но его жизненный путь, несомненно, оставил глубокий след на земле, в деле повышения обороноспособности страны, воспитания Патриотов Родины.

Труд Алексея Николаевича был высоко оценён государством. Он был награждён орденом «Октябрьской революции», тремя орденами «Красная звезда», орденом «Знак почёта». А медалей и других наград, числящихся в его послужном списке, не перечислить.

Полковник в отставке А. Бурцев

Добавить комментарий